Об одном частном случае вторичных союзных связей

Посессивное отношение имеем и при обозначении с в о й с т в а,               д у ш е в н ы х  к а ч е с т в или  п р о я в л е н и й  живого  с у щ е с т в а. Тогда на месте господствующего существительного слова типа «характер», «взгляд», «на­строение» и т. п.:

«Взгляд был внимательный, испытующий, как у осторож­ного доктора, который прописал больному новую микстуру и наблюдает за ее действием» (А. Куприн. Негласная ревизия); «Ромашов слышал частое, фыркающее, как у лошади, дыхание Бек-Агамалова» (А. Куприн. Поединок); «…но я знаю, что эти лучшие чувства ее – искренни, как у небесного анге­ла» (Ф. Достоевский. Братья Карамазовы); «Выражение лица его было вдум­чивое, как у всех вынашивающих в себе творческий замысел» (Я. Минченков. Воспоминания о передвижниках).

Наконец, субъект может быть признан обладателем предмета, не состав­ляющего его органическую часть, предмета «отторгаемого», который, од­нако, постоянно связан с субъектом (прежде всего это названия предметов одежды, украшений и тому подобное):

«Гарт ходил в черном просторном костюме, строгом и скучном, как у английского священника» (К. Паустов­ский. Черное море); «Секретарша оказалась худенькой девушкой с непо­мерно большими, как у цыганки, серьгами в ушах» (С. Сартаков. Ледяной клад); «Давно знакомый ему студент по фамилии Карлсон находился ря­дом – голый до пояса, розовый, полнотелый, с кружевным воротничком, как у Пьеро» (К. Федин. Первые радости); ср. также: «Фамилия ее была Бы­стрицкая, как у актрисы» (Д. Тарасенков. Человек в проходном дворе).

Исследователи признают также, что «в значении органического владель­ца в форме у + род. пад. можно найти и неодушевленное существительное, обо­значающее предмет, имеющий составные части или какие-то физические свойства: У дуба могучая крона [22]. Отсюда употребление союза в таких тек­стах:

«Нигде не видел Леопольд такой конторки с покатой, как у парты, крышкой» (М. Прилежаева. Удивительный год); «Почему-то хотелось по­скорее пройти мимо этих коек с боковыми сетками, как у детских крова­тей» (В. Панова. Спутники); «Подвальная квартира с чугунными кованы­ми решетками на окнах, как у старых церквей, показалась ей чрезвычайно интересной» (К. Федин. Первые радости); «Побежали наверх, на ростры, туда окна тахты выходят, стеклянные створки, как у парников» (Г. Вадимов. Три минуты молчания); «…крыши домов загнуты, как у пагод…» («Вокруг света», 1972, № 3).

Аналогично одушевленному предмету это может быть указание на свой­ство [23]:

«В нашем деле твердость нужна, как у металла» (В. Попов. Обретешь в бою); «Она [образность картин] основана на созидании новой объективной среды, на образном выражении этой внутренней (а не внешней, как у скуль­птуры) пространственности» («Знание – сила», 1972, № 1).

Однако следующие ниже факты употребления свидетельствуют, как нам кажется, о лексической неограниченности господствующего существитель­ного, так как определяющим является семантика отношения, а она доста­точно обобщена:

а) «И тогда спокойная, сытая, как у племенных быков, жизнь точно выб­расывалась из своего русла» (А. Куприн. Поединок);

б) «На этой должности полезнее всего человек с опытом и квалификаци­ей как у него, Милеанта» («Известия», 1970, № 287); «Зарплата-то, как у военнослужащего…» (В. Кожевников. Щит и меч); «…что идет хозяйство только ростовщическое, как у этого тихонького» (Л. Толстой. Анна Каренина); «И опять, будь его любовное объяснение капельку попроще, как у боль­шинства людей, она охотно пошла бы к Вихрову в жены» (Л. Леонов. Рус­ский лес).

Каков синтаксический характер взаимоотношения предложно-падежной словоформы с господствующим существительным при союзном ее введении?

Союз часто лишь опирается на связь предложно-падежной формы с су­ществительным (данную и определяемую на морфологическом уровне) и как будто не создает непосредственной сочетаемости. Например: «И лицо его сморщилось, как у ребенка, готового заплакать» (А. Блинов. Счастья не ищут в одиночку).

Но прямое союзное отношение между именами не исключено, хотя и осу­ществляется лишь при некоторых синтаксических условиях. Такая связь происходит, если союзный оборот берет на себя предикативно-характеризующую функцию или функцию предметного определителя (атрибутивное или атрибутивно-предикативное отношение), причем надо подчеркнуть, что предикативное отношение создается только союзом, оно не предопределено на уровне словоформ:

1) союзный оборот в позиции сказуемого [24]:

«Фигура величественная, нос как у орла, а поставит талер – и крестится украдкой под жилетом» (И. Тур­генев. Вешние воды); «Загривок-то, глянь, как у барина доброго» (Л. Тол­стой, Хаджи Мурат); «Но войдите в мое положение, гляньте: изба как изба, ничего себе, как у всех христиан, а углы пустые…» (М. Алексеев. Вишневый омут); «Была она тоненькая, хрупкая, лицо как у печального ангела – худенькое, нежненькое…» (А. Куприн. С улицы);

2) союзный оборот в позиции присубстантивного атрибута [25]:

«Другой в телячьей куртке и с бородкой, как у Вихрова, приподнял старенькую шля­пу…» (Л. Леонов. Русский лес); «Опытный строитель, бывший моряк, со здоровьем, как у водолаза, и весом больше ста килограммов, а с чего начал свой до клад Балуев?» (В, Кожевников. Знакомьтесь, Балуев);

.