Функции ограничительного слова «ТОЛЬКО» в современном русском языке

2. Только в предложениях с отношениями исключения.

А. Если обе части расчленены, то субъект второй части находится в отношении исключения с субъектом первой части, а предикаты противопоставлены: Все было серое: небо, дым над крышами, самый воздух. Только асфальт блестел, как черная роса (К. Паустовский. Бриз); Впрочем, извозчики не обращали на меня внимания, только один вдруг с шумом встал, посмотрел на меня хитрыми глазами и сказал «Разве это жизнь?» (И. Эренбург. Люди, годы, жизнь); Все счастливы. Только я чувствую себя обманщиком (Н. Амосов. Мысли и сердце); Одним словом, все было лучше, только вокзала мы слегка стыдились (В. Некрасов. Дедушка и внучек).

При нерасчлененности первой части (если это односоставное предложение или двусоставное, не имеющее основы – по Адамцу [28]) расчлененность второй не имеет значения для сложного предложения: из содержания первой части исключается то, что выражено второй частью в целом: Тихо. Только кусты, колеблемые течением, шуршат о челнок (М. Горький. Ералаш); Стало совсем тихо, слышались только удары (А. Толстой. Восемнадцатый год); Простились птицы с уснувшим, оцепеневшим лесом. Только дрозды, увлечённые пиром, снуют по рябине (В. Песков. Шаги по росе) и т. д.

Итак, и в сложном предложении ограничительное значение только проявляется как о т н о ш е н и е – отношение одной предикативной единицы к другой. Слово только, следовательно, – средство выражения этого отношения, то есть оно выполняет роль союза. Можно ли говорить о превращении его в союз?

По-видимому, в большей части случаев, когда только акцентирует какой-то компонент, слово это остается частицей: …многие экспедиции потерпели аварии, только в моем отряде не было несчастий (В. Арсеньев. Сквозь тайгу). Несомненна связующая, союзная роль этого слова: ограничение дается на фоне, и именно поэтому возникают отношения исключения. Но очевидно также, что только сохраняет все свойства ограничительной частицы: прикрепленность и значение. Следовательно, только все-таки частица.

В случаях же отсутствия явной прикрепленности к какому-тo компоненту (или лишь внешней прикрепленности, не имеющей значения в пределах простого предложения) можно было бы говорить о превращении в союз: Там лежала кромешная тьма. Только снег белел на деревьях (К. Паустовский. Снег).

Ограничительное слово только, акцентируя подлежащее, относится ко всему второму предложению и служит для его связи с первым. В этом смысле оно может рассматриваться как союз [29] – для этого есть определенные основания. Но, может быть, это особая прикрепленность частицы – прикрепленность ко всему предикативному центру (только снег белел/только белел снег). Ведь возможно такое употребление только и вне союзной функции: Во тьме только снег белел на деревьях. Или: …сад был еще низок и гол, прозрачен, — только зеленели поляны, все испещренные мелкими бирюзовыми цветочками… (И. Бунин. Митина любовь) – В саду только зеленели поляны.

Если же прикрепленность не к одному компоненту простого предложения, а ко всему предикативному центру для только в принципе возможна, значит, и в таких сложных предложениях слово только остается ограничительной частицей.

.